В заснеженном высокогорье Чечни нашему корреспонденту, сопровождающему по СКФО руководство краевого УВД, стало предельно ясно: мир на Северном Кавказе по-прежнему смертельно опасен. Буквально накануне прибытия инспекторской группы генерала Алексея Лапина на базу Хабаровского спецназа в Веденском районе на фугасе подорвалась машина с тремя сотрудниками ОМСН.
Собровец всегда в строю
Все отделались относительно легкими ранениями. Правда, щеку капитана Алексея Давыдова прикрывает повязка, но в глазах его нет уныния. Несмотря на обширную гематому и осколочную рану, офицер остался в строю, продолжая выполнять боевые задачи в составе специального подразделения из Приамурья. Раньше у села Беной хозяйничал главарь сборища головорезов Хаттаб, а нынче здесь место дислокации Хабаровского ОМСН (сами офицеры по привычке называют свой отряд СОБР). Двенадцать наших ребят под командованием подполковника Андрея Мещанова сменили предыдущий отряд дальневосточников 22 января. Оперативная обстановка и теперь заставляет регулярно проводить разведоперации в скалистых окрестностях, где по-прежнему могут скрываться исполнители ваххабитских заказов. Впрочем, первые две недели спецкомандировки прошли без особых происшествий и потерь. А 6 февраля...
— Нас было четверо на маршруте следования в Ханкалу, я — за рулем, — Алексей Давыдов подводит журналиста к измятому уазику с разбитыми стеклами. — Под Шали, поравнявшись с бетонной конструкцией, машину неожиданно швырнуло вверх. Через днище в салон, пробив обшивку, влетела смертельная начинка фугаса. Моих сослуживцев Артема Исаева и Алексея Устича не задело, но оглушило ударной волной, выбившей стекла. Главное, что не попали в нас все осколки, порубившие изнутри крышу автомобиля.
— На госпитальную койку спешить — не в наших правилах, — констатирует командир отряда Андрей Мещанов. — Здоровье у хабаровских собровцев крепкое, подготовка надежная, опыт оказания медпомощи имеется, ребята уже идут на поправку. Нашим родным, землякам через краевую газету так и передайте. Питание в палатке-кухне, как видите, наладили своими силами нормальное, на обеденном столе всегда витамины, мясными деликатесами не обделены. Даже парную соорудили. Хабаровские собровцы нигде не пропадут.
Психологическую стабильность личного состава отряда, включая раненых, подтверждает и тестирование милицейского психолога Владимира Примаченко. Между тем, по заключению чеченских экспертов, обследовавших место взрыва под Шали, нашим спецназовцам сильно повезло — основную силу фугаса погасило бетонное сооружение, где было заложено взрывное устройство. Впрочем, местные сыщики на первом этапе расследования (видимо, для того, чтобы не омрачать общую статистику борьбы с терроризмом) отрабатывали даже версию неумышленного подрыва: мол, мальчишки хулиганили или военные случайно боеприпас на обочине потеряли... Учитывая постоянство терактов на дорогах Чечни, нет смысла комментировать приказ командования объединенной группировки сил СКФО: передвигаться только колонной и только при наличии спецприбора «Пелена», подавляющего радиосигнал на миновзрыватель.
Курчалой на мирных рельсах
По пути в Курчалой, где сегодня миссию выполняют 35 бойцов ОМОН из Хабаровского края, нашим легковушкам пришлось постоять, пропуская растянувшиеся на километры колонны бронетехники. Чеченское правительство, объявив 2010-й годом Курчалоевского района, запланировало вокруг родового гнезда президента республики колоссальные обновления. По обочинам дорог — одна большая новостройка, на глазах растут добротные здания из красного кирпича, стекла и металла. Для населения послевоенного региона — это признак большого возрождения на средства, заработанные всей Россией, а для силовых структур, судя по масштабам перемещений, большое «новоселье». «Гоняют русских по Чечне...», — то ли в шутку, то ли с сочувствием комментирует на рыночной площади события седой аксакал с ветеранской наградной колодкой на пиджаке под буркой.
И там, где вместе с внутренними войсками не один год обустраивались омоновцы Хабаровского края, Рамзан Кадыров тоже наметил возведение мирного объекта. Придется бросать закрытую территорию, где спецназовцы успели своими силами создать полноценный казарменный комплекс, собственными руками обустроить, кроме прочего, тренажерный зал, столовую, банно-прачечный модуль. Теперь подчиненным полковника Игоря Гуревича, задействованным в ответственных силовых мероприятиях на территории Чечни, предстоит налаживать службу и быт на новом месте.
Этот переезд, ощутимо выбивающий наших бойцов из привычного ритма, поставил в конце зимы тревожный вопрос перед руководством краевого УВД — как бы не оказаться хабаровчанам среди голого пустыря. Но при содействии прибывшей инспекторской группы Алексея Лапина проблему удалось преодолеть на генеральском уровне в считанные часы. Для наших омоновцев республиканские власти изыскали несколько функциональных кунгов, оборудованных под жилье. Теперь предстоит в срочном порядке продумывать охрану новой базы. Это уже не первое перебазирование нашего отряда в Курчалое. Летом 2008 года ребятам пришлось срочно менять дислокацию после землетрясения, мгновенно расколовшего ночью стены и крышу над головами спящего спецназа. Вместе с омоновцами на новое место перемещается каждый раз памятный крест с выбитыми именами сослуживцев, погибших в Чечне.
Не случайно Дмитрий Медведев во время недавнего визита в СКФО особо отметил: «Обстановка в Северо-Кавказском регионе требует усиления работы по обеспечению безопасности и самих сотрудников милиции. Этому нужно уделять особое внимание, используя лучший российский и зарубежный опыт». Спецслужбы РФ, как пришлось лично убедиться во время пребывания на Кавказе, устанавливают тотальный контроль над северными подступами к будущей олимпийской столице. Попытки «вирусной атаки», которой «Аль-Каида» запугивает мировое сообщество, и заброски наемных диверсантов-подводников со стороны кавказских вершин должны быть пресечены на корню до сочинской зимы-2014.
— И все же приходится на ходу переводить службу на мирные рельсы, — говорит полковник Александр Давыдов, исполняющий в Курчалоевском районе функции коменданта. — Я, например, привыкаю передвигаться по району, где население более 120 тысяч, без оружия и охраны. Но это не значит, что надо ослаблять борьбу с криминалом и пособниками ваххабитов. Днем их трудно выявить среди мирного населения. А ночью некоторые, увы, снова берут в руки пластит, готовы убивать и насиловать за сто долларов. Массовые новостройки, конечно, привлекают молодежь к общенародному делу. Ведь простой разнорабочий здесь сегодня зарабатывает от 20 тысяч рублей. Однако оперативно-разыскные мероприятия по нейтрализации боевиков, изъятию неучтенного оружия, наркотиков, а также проверки по линии БЭП никто не отменял. Бизнес в Чечне «просветлел», только вот до сих пор приходится выявлять и склады с неучтенным алкоголем, и сотни подземных резервуаров с теневым горючим.
Омоновский характер
Без силового обеспечения ОМОН спецоперации в сердце СКФО пока немыслимы. Спецназовцы из Хабаровского края полностью осознают свою миссию в Чечне. До очередной смены из Приамурья осталось меньше месяца, но чемоданного настроения в строю подчиненных офицера Константина Курепина не ощущается. Принимая благодарности и награды от генерала, отличившиеся бойцы выглядят боеготовно. «Расслабляться — не в наших правилах», — заверяет помощник командира по работе с личным составом капитан Александр Гиндак, у которого в служебном активе уже шесть спецкомандировок на Кавказ плюс срочная служба в военной Чечне.
Судя по жарко натопленной для отряда бане и меню будничного обеда, которым спецназовские мастера на все руки удивили инспекторскую группу из Хабаровска, настрой наших омоновцев, несущих службу вдали от родного Амура, без признаков моральной усталости. Однако события следующих дней, проведенных в Ингушетии и Кабардино-Балкарии вместе с начальником УВД Комсомольска-на-Амуре Иваном Ильц, вновь и очень жестко напомнили журналисту о «смертельно опасном мире».
Юрий КОВАЛЕВ.
