По улице Шеронова, чуть выше «сталинки», в которой размещается поликлиника УВД, в считанные месяцы выросла высотка. Хотя строительство приостанавливалось: прокуратура посчитала, что трансформация офисного строения в жилой дом при монтаже не вписывается в рамки закона. У подведомственных мэрии структур были свои резоны.
Противостояние переместилось в судебные инстанции, и перипетии новостройки заслонили более важное. Связано это с историей города, сохранением достопримечательностей, почитанием предшественников.
Насколько уместно возведение едва ли не поднебесного жилища в одном ряду с невысокими строениями начала ушедшего века? Почему ради бетонного квадрата неподтвержденных архитектурных достоинств снесен дом с впечатляющим прошлым?
Настоящий полковник
— Это было одноэтажное деревянное строение с мезонином, — вспоминает краевед Анатолий Жуков.
В нем в начале прошлого века жил Симеон Ванков. Болгарин по происхождению, он возглавлял завод «Арсенал», будущий «Дальдизель», в звании полковника российской армии. Благодаря его инженерному таланту и организаторским способностям в Хабаровске были построены водопровод и электростанция.
— Дом не был признан памятником, а значит, отсутствовали правовые основания добиваться реставрации и противостоять сносу, кто бы из городских знаменитостей в нем не жил, — говорит начальник отдела по сохранению культурного наследия министерства культуры края Андрей Иванов.
Если полистать фолиант, изданный краевым центром по охране и использованию памятников истории и культуры, вывод напрашивается сам. Большинство их них — архитектурная неординарность. Например, деревянные особняки дореволюционной постройки или здание совнархоза, доставшееся мэрии, другие творения советской эпохи.
Другая часть строений, которые признаны памятниками краевого значения, по внешним данным далеко не шедевры. Но по ним, как по учебнику истории полувековой давности, можно изучать победное шествие советской власти. Это очевидная однобокость, хотя неизмеримо больше она в другом. Кто покажет дом, признанный объектом культурного наследия благодаря тому, что в нем когда-то жил достойный хабаровчанин?
А ведь историю, как и архитектуру, творят конкретные люди. Но им в части выявления и сохранения культурного наследия, похоже, отказано. Тот же Симеон Ванков — едва ли не самая известная личность Хабаровска первой четверти ушедшего столетия. Казалось бы, чем не повод признать памятником дом, где жил выдающийся горожанин, отреставрировать, возможно, открыть музей-квартиру, как принято в Москве, Санкт-Петербурге, других исторических центрах?
— Вопрос не к нам, а к общественным организациям. Именно они вправе обращаться с ходатайством о включении конкретного объекта в реестр, — говорит директор центра по охране и использованию памятников истории и культуры министерства имущественных отношений края Виктор Зотин.
Инновации не для истории
— Симеон Ванков, безусловно, заслужил уважения потомков. Однако не всегда наши желания соответствуют нашим возможностям. Реставрация — это серьезные затраты, в том числе на переселение семей, живущих в домах, которым по сто лет и больше, а значит, без центрального отопления и прочих коммунальных удобств. Городскому бюджету сегодня не по силам столь значительные расходы, — считает председатель комитета по управлению Центральным округом Хабаровска Александр Фокин, возглавляющий совет лауреатов премии имени Якова Дьяченко.
Но сколько сделано Александром Соколовым и его командой на привлеченные миллионы без пугающего перевода бюджетных средств! Появились муниципальные торговые комплексы, реконструирована привокзальная площадь, вторую жизнь начал кинотеатр «Дружба». Почему же то, что в администрации города считают инновационными технологиями, не используется как спасательный круг для сохранения исторического наследия?
В муниципальном предприятии «Водоканал» точкой отсчета производственной деятельности считают пуск водопровода, построенного при деятельном участии Симеона Ванкова. Может, был резон передать дом по Шеронова, 62 именно ему, «Водоканалу»? Сумели же в нем построить едва ли не лучшую в городе сауну. Или холить тело больше по нраву, нежели заботиться о непреходящих ценностях?
А разве невозможна такая инициатива? В мэрию приглашается директор компании «Фоксэль» Сергей Ящук, возглавляющий региональное отделение партии «Справедливая Россия». Тема разговора — судьба дома, принадлежавшего Александру Русанову. Выпускник Санкт-Петербургского университета, он преподавал в хабаровском реальном училище. С 1912 года — депутат Государственной думы, член партии социалистов-революционеров. К слову, «Справедливая Россия» позиционирует себя продолжательницей традиций эсеров. А Сергей Ящук, который признан лучшим предпринимателем края, возможно, предложит нестандартный ход для спасения здания, где жил дальневосточный Керенский — так современники называли комиссара Временного правительства по делам управления Дальним Востоком Александра Русанова.
Впрочем, ни административного, ни партийного участия уже не требуется. Дом по Покровской, ныне Шмидта, собственность Александра Русанова до 1920 года, недавно снесен.
Черный в почете, но…
Директор центра по охране и использованию памятников Виктор Зотин, который сетовал, что общественные организации недостаточно активны, по свидетельству активистов краевого комитета КПРФ, лукавит. Ибо коммунисты неоднократно направляли ходатайства о сохранении здания по Волочаевской, 164. Того самого, бревенчатого, одноэтажного, со ставнями на окнах, который четверть века назад был известен едва ли не каждому хабаровчанину, поскольку в этом доме проживал первый секретарь крайкома Алексей Черный.
Примечательно, что вместе с коммунистами на защиту особняка дореволюционной постройки встал литератор Андрей Крикливый, не состоявший ни в КПСС, ни в КПРФ, более того, отнюдь не в восторженных тонах характеризующий в публикациях тогдашнего главу региона. Пятиэтажка, где обитает семейство пишущего кадра, и бывшее жилище партсекретаря, признанного почетным гражданином Хабаровска, на одном пятачке, который в последнее десятилетие усиленно застраивается, по выражению литератора, башнями-монстрами.
Активисты намеревались разместить в здании по Волочаевской, 164 не только партийный офис, но и музей. Оказывается, с послевоенного времени тут селились с семьями первые секретари Хабаровского крайкома Александр Ефимов, Аверкий Аристов, Михаил Стахурский, Алексей Шитиков, позже назначенный председателем Совета Союза — верхней палаты парламента СССР. Здесь по-свойски останавливался возвращавшийся из Японии Леонид Брежнев, тогда рядовой секретарь ЦК.
Все инициативы активистов проигнорированы. Дом, так и не признанный памятником истории, снесен.
— Средств в местном бюджете не хватает даже в самых благополучных городах мира. Сравнивать с ними Хабаровск некорректно, а вот со столицами государств Балтии, пожалуй, уместно, поскольку там те же проблемы — наследство социалистического хозяйствования в коммунальной сфере, банкротство градообразующих предприятий. Но там не принято сносить старинные здания, хотя новостроек много, однако все они за пределами исторической части. Это и есть подлинная культура, неподдельное уважение к прошлому, — убежден профессор Тихоокеанского государственного университета доктор архитектуры Николай Крадин, возглавляющий краевое отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры.
Михаил КАРПАЧ.
